Пресс-релиз конференции «Право на жизнь в обществе: механизмы образовательной интеграции детей-инвалидов», которая состоялась 10 и 11 октября 2007 года

В начале октября Центром социальной политики и гендерных исследований при содействии программы поддержки гражданского общества «Диалог» Американского совета по международным исследованиям и Международного банка реконструкции и развития, а также при участии Министерства образования и Министерства здравоохранения и социальной поддержки Саратовской области, общественной организации «Ассоциации инвалидов Саратовской области», кафедры социальной антропологии и социальной работы Саратовского государственного технического университета была организована Всероссийская научно-практическая конференция «Право на жизнь в обществе: механизмы образовательной интеграции детей-инвалидов». Конференцией заинтересовались и приняли в ней участие более 80 человек как из многих российских городов (Москвы, Санкт-Петербурга, Казани, Архангельска, Самары, Ижевска, Томска, Энгельса, Балаково, Саратова), так и из зарубежных стран. Среди них – люди с инвалидностью, активисты общественных организаций, родители детей с особыми потребностями, педагоги, практикующие психологи, юристы, исследователи, специалисты социальных служб, эксперты министерств, студенты, представители фондов и благотворительных программ, журналисты.

Только взаимодействие различных организационных структур общества позволяет решать социальные проблемы эффективней. Именно поэтому Институт бизнеса и делового администрирования СГТУ, в котором в числе немногих в Саратове вузовских зданий создана безбарьерная среда, где проходило обсуждения инклюзивного образования для детей-инвалидов в России, в рамках конференции собрал представителей многих общественных организаций, специальных и массовых школ, школ-интернатов, университетов, СМИ. Красочное визуальное сопровождение конференции, превратившееся в настоящую PR-акцию, стало возможным благодаря рисункам, созданным в ходе проведенной ранее акции «Мы разные, но мы вместе». Сотрудники кафедры Социальной антропологии и социальной работы предлагали детям из начальных классов общеобразовательных школ и групп детского сада представить себя рядом с детьми-инвалидами. Легко ли передать образ школы будущего или нарисовать сопереживание; а если Вы еще не ходите в школу и никогда не общались с ребенком с инвалидностью? Дети, обладая творческим потенциалом, сумели не только перенести свои ощущения на бумагу, но и образно реализовать предложенную идею в мире птиц, животных. Оригинальные специальные приспособления для инвалидов, искреннее желание быть рядом, детализация на эмоциях – креативность содержания рисунков была призвана помочь участникам представить настоящую инклюзию.

Открытие конференции по своему содержанию коснулось достигнутых на настоящий момент результатов по организации образования для детей-инвалидов. Например, заместитель министра здравоохранения и социальной поддержки Ирина Колесникова рассказала о создании в 2006 году училища со специальными условиями для обучения детей-инвалидов, работе Коррекционного Комитета по делам инвалидов при Правительстве Саратовской области, а также о реализации проекта системы реабилитационных услуг для людей с особыми потребностями, организованного в рамках международного сотрудничества Министерства здравоохранения и социальной поддержки Саратовской области и Европейской Комиссии. Начальник отдела Министерства образования Саратовской области Ольга Сырникова привела статистические данные о доступности образования для детей-инвалидов и количестве детей, не имеющих возможности получать образование. Руководитель направления «Социальная политика» Программы поддержки гражданского общества «Диалог» Елена Шкуд рассказала о задачах, реализуемых «Диалогом», который образован в сентябре 2005 г. при поддержке Агентства США по международному развитию и Совета по международным исследованиям «Айрекс». Грантовые программы «Диалог» помогут организациям на практике применить результаты исследований, и будут способствовать эффективному взаимодействию между различными социальными структурами.

Первые выступления пленарного заседания вызвали бурную дискуссию у участников конференции, поскольку с сильным эмоциональным фоном отражали активные и твердые позиции выступающих относительно инклюзивного образования. Смятый листок бумаги… Как он сильно отличается от чистых и гладких белых страниц! Так профессор Николай Малофеев хотел показать разницу между ребенком-инвалидом и остальными детьми в массовой школе. Такая иллюстрация дефектологической позиции академика РАО, могла понравиться кому угодно, только не участникам конференции – людям с инвалидностью и исследователям, педагогам и многим другим энтузиастам инклюзии, которые видят дефекты не в ребенке, а в окружающем их жестоком и грубом мире. В этом мире, считает Малофеев, ребенку-инвалиду не выжить, поскольку скорее он усвоит уроки обид, а не знания и навыки, как любой другой ученик. Неизбежно в этом случае отставание по программе, слабая профессиональная подготовка, и, как следствие, невозможность трудоустройства. Максимум, что инвалид может получить в массовой школе, считает директор Института коррекционной педагогики, – это возможность общаться, социализацию. Это выступление вызвало шквал дебатов. Раздавали аргументы как «за», так и «против». Не мог согласиться с выступлением Председатель Правления Самарской общественной организации инвалидов-колясочников «Ассоциация десница» Евгений Печерских. Он выразил негативное отношение к опыту специального образования для детей-инвалидов, предложив отказаться от него совсем. Инклюзивное образование, существенную помощь в организации которого могут оказать общественные организации, например, в разработке законодательства, и СМИ как трансляторы социальных проблем, напротив уже обладает рядом преимуществ и успешным опытом интеграции детей-инвалидов. И все же, участников объединял один вывод: инклюзия – это наше будущее

Участники четырех секций – «Правовое и экономическое обоснование инклюзии», «Инклюзивное обучение: преодоление барьеров», «Оценка инклюзивных программ» и «Инклюзия как принцип социальной политики», – состоявшихся в первый день конференции, делились опытом осуществления инклюзии в России, успешными стратегиями преодоления препятствий, существующих в системе образования и в общественном мнении на пути интеграции детей и молодежи с инвалидностью. Директор Московской школы № 158 Ольга Боруцкая привела множество примеров обучения детей с особыми потребностями в их школе, отметила наличие колоссального желания детей и родителей, несмотря на барьерные трудности, проходить обучение в массовой школе. Особые образовательные потребности, которые существуют у детей-инвалидов, может удовлетворить инклюзивное образование. Кроме того, участница уверена, что стремление школы к предоставлению образования для любого ребенка, гарантирует ее развитие в целом. Среди других положительных примеров организованная в Москве в 1991 году интеграционная школа «Ковчег». Наталья Борисова – заместитель директора по работе с детьми с особыми образовательными потребностями этой школы рассказала об истории ее создания и приобретения статуса государственной. Возникнув по инициативе родителей, «Ковчег» изначально представлял собой общественную организацию с нетрадиционной для школы структурой – там не было директора, в начале и конце уроков не было звонков. «Прозрачная концепция», преподавание четырех языков, доступ родителей к образованию как ассистентов своих детей и через попечительский совет – только некоторые особенности уникальной школы, которые помогли осознать целесообразность тех или иных методик обучения детей с особыми потребностями. «Ковчег» отказался от преподавания стандартных предметов в пользу обучения детей другим практическим навыкам. «Инклюзивная школа, – считает Н. Борисова, – это школа адаптивная, школа для всех, для родителей в том числе».

Важным аспектом в реализации инклюзивного образования является законодательный контекст, в который помещены российские школы. Оксана Шушпанникова – юрисконсульт региональной благотворительной общественной организации «Центр лечебной педагогики» г. Москвы в своем выступлении аргументировала декларативность образовательного законодательства разного уровня. Трудности в реализации законов на практике, по ее мнению, заключается в том, что, например, Закон «Об образовании», являющийся по сути интегративным, не содержит конкретных принципов и механизмов инклюзивного обучения. Модельный закон об образовании лиц с ограниченными возможностями, разработанный коллегами «Центра лечебной педагогики», призван, в первую очередь, компенсировать недостатки действующего законодательства РФ, и направлен на обеспечение альтернативности выбора обучения и создание реальных возможностей осуществления интеграции ребенка с инвалидностью в любое образовательное учреждение. Возможность заключения договора между родителями, школой и медицинским учреждением, также позволило бы осуществлять непрерывность обучения, в случае помещения ребенка в стационар на длительный срок. Опыт удачной инклюзии, но уже в контексте другой страны, представила начальник международного отдела Финской Ассоциации помощи людям с нарушениями развития Елена Вяхякуопус, раскрывшая опыт работы педагогов по учебным программам «ЭХА-1» и «ЭХА-2», финансируемых государством. «ЭХА-2» предназначена для детей с самыми тяжелыми формами развития, она реализуется в специально образованном классе в обычной школе, где предусмотрена дополнительная реабилитация для ребенка. Сравнительный анализ федерального и международного законодательства, содержащийся в выступлении председателя Правления Саратовской региональной общественной организации «Центр реабилитации помощи детям с нарушением зрения» Оксаны Ильиной, продемонстрировал аудитории негибкость российской системы образования, в том числе в вопросе аттестации. Принятие Россией положений об инклюзивном образовании из Международных нормативных документов, тем не менее, не обеспечивает приоритетность данного направления реформирования законодательства РФ. Наличие трудностей, связанных с несовершенством законодательства по обсуждаемому вопросу, ярко выразила научная сотрудница Европейского университета в Санкт-Петербурге Жанна Цинман: «Дети с тяжелыми формами развития в России не поддаются образованию вообще, так как относятся только к министерству здравоохранения, для таких детей в интернатах не предполагается образование в принципе».

Участники конференции определяли: «Инклюзия – это социальное образование», но есть неэффективные стратегии инклюзии, несовершенные методические принципы работы, применяемые в массовых школах в работе с детьми-инвалидами: «Доучивание нас не спасет, и ребенка счастливее не сделает». С уникальным опытом инклюзивного образования в Самарской области, реализуемого на региональном уровне, познакомила аудиторию Светлана Фазульянова – руководитель проектов Центра «Социальная механика» и доцент кафедры социологии и политологии Самарского филиала Московского городского педагогического университета. «Переход к инклюзивному образованию, – заключила она из результатов проведенного исследования, – не связан с изменением учебной программы». Более успешными оказались изменения в методах обучения, разработке разнообразных «методических чемоданчиков», а также создание и утверждение Областной целевой программы «Организация образовательных ресурсов Самарской области для интеграции детей и молодых людей с проблемами в развитии на 2005 – 2008 годы». В частности программа предполагает образование ресурсных пунктов, являющихся базами выдачи специального оборудования для ребенка с особыми потребностями, функции организации и контроля реализуются территориальными агентствами специального образования (ТАСО). Успех инклюзии в Самарской области на практике отмечен дифференциацией педагогических методик работы, предпочтением детьми-инвалидами ЕГЭ как способа оценки знаний. Единогласно участниками конференции признавалось наличие неоднородности, мозаичности и вариативности пространства образования для детей с особыми потребностями, существующего на настоящий момент. Дискуссируя об образовательной инклюзии детей-инвалидов, аудитория единодушно пришла к мнению, что следует ориентироваться на уже существующую систему инклюзивного образования, в которой актуальна разработка эффективной социальной технологии, поскольку идейное содержание инклюзии распространено и осознанно. Отсутствие единства по вопросам практического осуществления инклюзивного образования обозначила как актуальную проблему Денис Роза, директор Региональной общественной организации инвалидов “Перспектива”: «Мы, занимающиеся этим вопросом, сами еще разрознены».

Первый день конференции поднял проблемы барьеров, вставших на пути создания и совершенствования образовательных механизмов интеграции детей с особыми потребностями. Речь шла не столько о физических барьерах социальной среды, сколько о барьерах, заложенных в традиционной форме и принципах обучения, их негибкости и не адаптивности. Кроме того, аргументировалось наличие барьеров на микро-уровне, т.е. на личностном. Выявленные в ходе эмпирического исследования, эти барьеры в частности заключаются в неотрефлексированном дискриминирующем отношении педагогов к детям-инвалидам, в устойчивом мнении, что жалость является одной из сторон толерантности, хотя: «Жалость – это позитивная дискриминация, и не обратная сторона толерантности». Аудиторией затрагивался гендерный аспект обсуждаемой проблемы, обсуждалось несовершенство существующих критериев инвалидности, ограничивающихся закреплением статуса, и системы распространения статистических данных.

Во второй день конференция состояла из двух секций – «Педагогические и социально-психологические технологии инклюзии», «Организация инклюзивного образования» – и круглого стола, собравшего всех участников и призванного обсудить стандарты инклюзии, а также подвести итоги дискуссий. Не раз участники призывали отказываться от обсуждения в научной среде необходимости инклюзии в целом, поскольку современное положение вещей в этом вопросе требует другого уровня теоретических и практических исследований, более глубокого осмысления, в том числе и в аспекте реализации образовательной инклюзии. В аудитории возник спор о семантическом и прикладном значении слов «интеграция» и «инклюзия»: Ольга Боруцкая призывала разделять эти термины, поскольку «интеграция – это приспособление ребенка к среде, а инклюзия – это приспособление среды к ребенку». С другой стороны, многие участники считали эти термины синонимами или хотя бы словами, расположенными в одном семантическом поле. Член Правления Саратовской региональной общественной организации «Центр реабилитации и помощи детям с нарушением зрения» Людмила Мясникова приводила аргументы в пользу ранней коррекции детей с особыми потребностями, поскольку это является надежным основанием для дальнейшего инклюзивного образования.

В режиме круглого стола участники активно дискуссировали по вопросам стандартов инклюзии, механизмов их реализации и экономического обоснования, а также о том, «как сделать, чтобы стандарт не превращался в догму». Часть аудитории концентрировалась на стандартах сопровождения или деятельности специальных помощников, другая – на образовательных стандартах. Единым было мнение о важности контекста и условий той среды, для которой разрабатываются стандарты, и о том, что «стандарты в содержании должны быть дружественными для всех». Итогом конференции стало и то, что участники вновь вспомнили обо всех элементах социальной структуры, участвующих в вопросе разработке и реализации образования для детей-инвалидов, обсудили, насколько каждый из них открыт и готов к изменениям или уже активно борется за инклюзию, признав, что «на уровне субъектов совместно с НКО» можно начинать работу. Виктор Чепляев – начальник Центра качества образования и инновационного развития, член президиума ученого Поволжской академии государственных служащих напомнил, что «стандарт не включает технологий», а именно их разработка является ключевой проблемой в настоящее время. Большинство участников признали, что в инклюзивных школах необходимы иные методы и техники обучения, поэтому было единодушно принято высказывание одной из участниц: «Результат у нас традиционно основан на принципе накопления и усложнения знаний. Но ведь есть и другие принципы – развитие логики, например. У нас скоро не останется детей, которые будут способны реализовывать традиционный принцип общего образовательного стандарта». Аудитория согласилась, что индивидуальные практики инклюзии, которые были раскрыты в выступлениях, и используемые в них технологии, пока не совершенны для групповой образовательной инклюзии, с другой стороны в России есть многоплановый опыт успешного функционирования интегрированных школ, эффективные экспериментальные и новаторские разработки. Активность и заинтересованность, с которыми выступали участники, предоставление результатов многочисленных исследований, достижение в дискуссии единства и поиск новых ответов, а также обозначение новых еще нерешенных вопросов, позволило профессору Саратовского государственного технического университета, научному руководителю Центра социальной политики и гендерных исследований Елене Ярской-Смирновой подвести итог: «Инклюзия уже есть и будет развиваться дальше большими темпами». Эстафету обсуждения инклюзии подхватили Архангельск, Москва и Самара (конференции 25-27 октября), Казань (15 ноября). Кто следующий?! Присоединяйтесь!